Поп—завидущие глаза (Афанасьев)
«Поп—завидущие глаза (Афанасьев)/1914» — сказка автора ВТ. Это произведение связано с традицией народного повествования.
- Другие редакции
- 1914 ДО
- список редакций
← ИсцелениеПоп—завидущие глаза (Афанасьев)Превращение →
[84]5. Поп-завидущие глаза
В приходе святого Николы жил один поп. У этого попа глаза были самые поповские. Служил он Николе несколько лет, до того дослужил, что не осталось у него ни кола-ни двора, ни хлеба-ни приюта. Собрал наш поп все ключи церковные, увидел икону Николы, с горя ударил его по плеши ключами и пошел из своего прихода, куда глаза глядят. Шел он путем-дорогой. Вдруг пался ему на стрету незнакомый человек. «Здравствуй добрый человек! сказал он попу. Куда идешь и откуда? Возьми меня к себе в товарищи». Вот и пошли они вместях. Шли, шли они несколько верст, приустали; пора отдохнуть. У попа было в рясе немного сухариков, а у принятого товарища две просвирки. Поп говорит ему: «давай съедим прежде твои просвирки, а там примемся и за сухари». — Ладно, говорит ему незнамый, съедим просвирки мои, а твои сухари оставим [85]напосле. Вот они ели-ели просвирки; оба наелись досыта, а просвирки не убывали. Попу стало завидно. «Сем-ка, думает он, я у него украду их». Старичок после обеда лег отдохнуть, а поп всё смекает, как бы украсть у него просвирки? Заснул старичок. Поп стянул у него из кармана просвирки; сидит да ест втихомолку. Проснулся старичок, хватился просвирок своих — нету их! «Где мои просвирки? вскричал он; кто съел их? ты поп?» — Нет, право не я, сказал ему поп. «Ну ладно».
Вот встряхнулись они, пошли опять путем-дорогой. Идут, идут; вдруг дорога рассекается на две розстани. Вот они пошли оба в одну сторону. Дошли до какого-то царства. В этом царстве у царя была дочь при смерти, и царь объявил, что кто вылечит его дочь, тому полжитья-полбытья-полцарства, а не вылечит — голова с плеч, на тычинку повесят. Вот они пришли; против царского дворца палируются, дохтурами называются. Выходили из царского дворца слуги и спрашивали их: «что вы за люди? из каких родов, из каких городов? что вам надоть?» — Мы, говорят [86]они, дохтуры; можем царевну вылечить. «Ну, коли дохтур, заходите в палату». Вот они вошли в палату, поглядели царевну, попросили у царя особой избы, обреза воды, вострой сабли, большого стола. Царь всё это дал им. Заперлись они в особую избу, клали царевну на большой стол, рассекали ее вострой саблей на мелкие части, кидали в обрез с водой, мыли, полоскали; потом стали складывать штука к штуке; как старичок дунет, так штука с штукой и склеиваются. Склал он все штуки как надоть, в последний раз дунул — царевна встрепенулась и встала жива и здрава. Приходит сам царь к избе ихной и говорит: «во имя Отца и Сына и Святого Духа!» — Аминь! отвечают ему. «Вылечили ль царевну?» спрашивает царь. — Вылечили, говорят дохтуры: вот она! Царевна вышла к царю жива и здрава. Царь говорит дохтурам: «что хотите вы от добра? злата ли, серебра ли? берите». Вот они начали брать злато и серебро; старичок берет пясточкой, а поп горсточкой и всё кладет в сумку свою; покладет, покладет, да поприздымает: заберет ли его могута. [87]Потом они распростились с царем и пошли. Старичок говорит попу: «эти мы деньги в землю складем, а сами опять лечить пойдем». Вот они шли, шли: дошли опять до другого царства. В этом царстве у царя была тоже при смерти дочь, и царь объявил, что кто вылечит его дочь, тому полжитья-полбытья-полцарства, а не вылечит — голова с плеч, на тычинку повесят. Вот они пришли; против царского дворца палируются, дохтурами называются… (Повторяется слово в слово тот же рассказ об излечении царевны).
Приходят они опять в третье царство, в котором тоже царевна при смерти, и царь обещал тому, кто ее вылечит, полжитья-полбытья-полцарства, а не вылечит — голова с плеч, на тычинку повесят. Завидного попа мучит лукавый: как бы не сказать старичку, а вылечить одному, серебро и злато захватить одному бы? Против царских ворот ходит поп, палируется, дохтуром называется. Таким же образом просит у царя особой избы, обреза воды, большого стола, вострой сабли. Заперся он в особую избу, клал царевну на стол, рубил вострой саблей, и как царевна ни крычала, как ни визжала, поп, не глядя ни на крык ни на визг, знай рубит да рубит, словно говядину. Разрубил он ее на мелкие части, [88]скидал в обрез, мыл, полоскал, склал штука к штуке, так же как делал старичок; глядит, как будут склеиваться все штуки. Как дунет — так нет ничего! опять дунет — хуже того! Вот поп ну опять складывать штуки в воду; мыл-мыл, полоскал-полоскал, и опять приложил штука к штуке; дунет — всё нет ничего! «Ахти мнециньки! думает поп, беда!» Поутру приходит царь и видит: никаких нет успехов у дохтура; всё тело смешал с дрянью. Царь велел дохтура в петлю. Взмолился наш поп: «царь, вольной человек! оставь меня на мало время: я сбегаю за старичком, он вылечит царевну». Побег поп старичка искать; нашел старичка, и говорит: «старичок! виноват я окаянный; попутал меня бес: хотел я один вылечить у царя дочь, да не мог; хотят меня вешать. Помоги мне!» Пошел старичок с попом. Повели попа в петлю. Старичок говорит попу: «поп, а кто съел мои просвирки?» — Право, не я, ей Богу, не я! Взвели его на другую ступеньку. Старичок говорит попу: «поп, а кто съел мои просвирки?» — Право, не я, ей Богу, не я! Взвели на третью, опять: не я! Сейчас голову в петлю, и всё: не я! Ну, нечего делать! Старичок говорит царю: «царь, вольной человек! позволь мне царевну [89]вылечить; а если не вылечу, вели вешать другую петлю: мне петля и попу петля!» Вот старичок склал куски тела царевнина штука к штуке, дунул — и царевна встала жива и здрава. Царь наградил их обоих серебром и златом. «Пойдем же, поп, деньги делить», сказал старик. Пошли. Склали все деньги на три кучки. Поп глядит: «как же! нас двое, кому же третья-то часть?» — А это тому, сказал старичок, кто съел у меня просвирки. «Я съел, старичок! вскрычал поп; право я, ей Богу я!» Ну, на тебе и деньги, да возьми и мои. Служи верно в своем приходе, не жадничай, да не бей ключами Николу по плеши, — сказал старичок и вдруг стал невидим. (Записана в Шенкурском уезде, Архангельской губернии, г. Н. Борисовым).
Примечания А. Н. Афанасьева
править [233]4. Исцеление. — 5. Поп-завидущие глазаВ собрании народных сказок В. И. Даля находится еще следующий список этой интересной легенды:
Жил-был поп; приход у него был большой и богатый, набрал он много денег и понес прятать в церковь; пришел туда, поднял половицу и спрятал. Только понамарь и подсмотри это; вынул потихоньку поповские деньги и забрал себе все до единой копейки. Прошло с неделю; захотелось попу посмотреть на свое добро, пошел в церковь, приподнял половицу, глядь — а денег то нету! Ударился поп в большую печаль; с горя и домой не воротился, а пустился странствовать по белу свету — куды глаза глядят.
Вот шел он, шел, и повстречал Николу-угодника; в то время еще святые отцы по земле ходили и всякие болезни исцеляли. «Здра(в)ствуй, старче!» говорит поп. — Здраствуй! куда Бог несет? «Иду, куда [234]глаза глядят!» — Пойдем вместе. «А ты кто таков?» — Я Божий странник. «Ну, пойдем». Пошли вместе по одной дороге; идут день, идут и другой; всё приели, что у них было. Оставалась у Николы-угодника одна просвирка; поп утащил ее ночью и съел. «Не взял ли ты мою просвирку?» спрашивает поутру Никола-угодник у попа; «нет, говорит; я ее и в глаза не видал!» — Ой взял! признайся, брат. Поп заклялся-забожился, что не брал просвиры.
«Пойдем теперь в эту сторону, сказал Никола-угодник; там есть барин, три года беснуется, и никто не может его вылечить; возьмемся-ка мы лечить». — Что я за лекарь! отвечает поп, я этого дела не знаю. «Ничего, я знаю; ты ступай за мной, что я буду говорить — то и ты говори». Вот пришли они к барину. «Что вы за люди?» спрашивают их. — Мы знахари, отвечает Никола-угодник. — Мы знахари, повторяет за ним поп. «Умеете лечить?» — Умеем, говорит Никола-угодник. — Умеем, повторяет поп. [235]«Ну, лечите барина». Никола-угодник приказал истопить баню, и привесть туда барина. Сейчас истопили баню и привели туда больного. Говорит Никола-угодник попу: «руби ему правую руку». — Начто рубить? «Не твое дело! руби прочь». Поп отрубил барину правую руку. «Руби теперь левую ногу». Поп отрубил и левую ногу. «Клади в котел и мешай». Поп положил в котел и давай мешать. Тем временем посылает барыня своего слугу: «поди, посмотри, что там над барином деется?» Слуга сбегал в баню, посмотрел и докладывает, что знахари разрубили барина на части и варят в котле. Тут барыня крепко осерчала, приказала поставить виселицу и долго не мешкая повесить обоих знахарей. Поставили виселицу и повели их вешать. Испугался поп, божится, что он никогда не бывал знахарем и за леченье не брался, а виноват во всём один его товарищ. «Кто вас разберет! вы вместе лечили». — Послушай, говорит попу Никола-угодник; последний час твой приходит, скажи перед смертью: ведь ты украл у меня просвиру? «Нет, уверяет поп, я ее не брал». — Так-таки и не брал? «Ей Богу не брал!» — Пусть будет по твоему. Постойте, говорит слугам; вон идет ваш барин. Слуги оглянулись, и видят: точно идет барин, [236]и совершенно здоровой. Барыня тому обрадовалась, наградила лекарей деньгами и отпустила на все на четыре стороны.
Вот они шли-шли, и очутились в другом государстве; видят — по всей стране печаль великая, и узнают, что у тамошнего царя дочь беснуется. «Пойдем царевну лечить», говорит поп. — Нет, брат, царевны не вылечишь. «Ничего, я стану лечить, а ты ступай за мной; что я буду говорить — то и ты говори». Пришли во дворец. «Что вы за люди?» спрашивает стража. — Мы знахари, говорит поп; хотим царевну лечить. Доложили царю; царь позвал их перед себя и спрашивает: «точно ли вы знахари?» — Точно знахари, отвечает поп. Знахари, повторяет за ним Никола-угодник. «И беретесь царевну вылечить?» — Беремся, отвечает поп. — Беремся, повторяет Никола-угодник. «Ну, лечите.» Заставил поп истопить баню и привесть туда царевну. Как сказал он, так и сделали: привели царевну в баню. «Руби, старик, ей правую руку», говорит поп. Никола-угодник отрубил царевне правую руку. «Руби теперь левую ногу». Отрубил [237]и левую ногу. «Клади в котел и мешай». Положил в котел и принялся мешать. Посылает царь узнать, что сталося с царевною. Как доложили ему, что сталося с царевною, гневен и страшен сделался царь, в ту ж минуту приказал поставить виселицу и повесить обоих знахарей. Повели их на виселицу. «Смотри же, говорит попу Никола-угодник, теперь ты был лекарем, ты один и отвечай». — Какой я лекарь! и стал сваливать свою вину на старика, божится и клянется, что старик всему злу затейщик, а он не причастен. «Что их разбирать! сказал царь, вешайте обоих». Взялись за попа за первого; вот уж петлю готовят. «Послушай, говорит Никола-угодник: скажи перед смертию: ведь ты украл просвиру?» — Нет, ей Богу не брал! «Признайся, упрашивает; коли признаешься — сейчас царевна встанет здоровою, и тебе ничего не будет». — Ну, право же, не брал! Уж надели на попа петлю и хотят подымать; «постойте, говорит Никола-угодник, вон ваша царевна». Смотрят — идет она совсем здоровая, как ни в чём не бывала. Царь велел наградить знахарей из своей казны и отпустить с миром. Стали оделять их казною; поп набил себе полные карманы, а Никола-угодник взял одну горсточку.
Вот пошли они в путь дорогу: шли-шли [238]и остановились отдыхать. «Вынимай свои деньги, говорит Никола-угодник; посмотрим у кого больше». Сказал и высыпал свою горсть; зачал высыпать и поп свои деньги. Только у Николы-угодника куча всё растет да растет, всё растет да растет; а попова куча ни мало не прибавляется. Видит поп, что у него меньше денег, и говорит: «давай делиться». — Давай! отвечает Никола-угодник, и разделил деньги на три части: «эта часть пусть будет моя, эта твоя, а третья тому, кто просвиру украл». — Да ведь просвиру-то я украл, говорит поп. «Эка какой ты жадной! два раза вешать хотели — и то не покаялся, а теперь за деньги признался! Не хочу с тобой странствовать, возьми свое добро и ступай один, куда знаешь».
В некоторых деревнях эта самая легенда рассказывается с тою отменою, что вместо Николы-угодника странствует с попом сам Господь в образе старца.
В издании немецких сказок братьев Гриммов (ч. I, № 81: «Bruder Lustig»; ч. III, стр. 129—131) подобная же легенда рассказывает о странствовании апостола Петра вместе с солдатом. Св. Петр исцеляет больных и воскрешает королевну: когда привели его к одру усопшей, он приказал принесть котел воды и выслал из комнаты всех домашних. Тогда разнял он все [239]члены умершей на составные части, побросал их в воду, развел под котлом огонь, и стал варить, пока всё мясо не отделилось от костей. Затем белые кости были вынуты на стол; апостол сложил их вместе в том порядке, какой назначен самою природою, и трижды сказал «восстань во имя всемогущей Троицы!» Королевна восстала живою, здравою и прекрасною.
Как в русской легенде поп не признается, что съел просвиру, так в немецкой — солдат, что съел сердце жареного ягненка.
Смотри примечание к легенде под № 30 и сличи с легендою, напечатанною в сборнике: «Westslawischer Märchenschatz» стр. 88—89.
Примечания
править
В соответствии со статьёй 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации не являются объектами авторских прав официальные документы государственных органов и органов местного самоуправления муниципальных образований, в том числе законы, другие нормативные акты, судебные решения, иные материалы законодательного, административного и судебного характера, официальные документы международных организаций, а также их официальные переводы; государственные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и тому подобное), а также символы и знаки муниципальных образований; произведения народного творчества (фольклор), не имеющие конкретных авторов; сообщения о событиях и фактах, имеющие исключительно информационный характер (сообщения о новостях дня, программы телепередач, расписания движения транспортных средств и тому подобное).
